Muəllif:

Островки свободы в океане азербайджанского тщеславия

ernestВо время Второй Мировой в 1942-43 годах американский писатель Эрнест Хемингуэй на своем небольшом рыбацком судне “Пилар”, на котором была установлена не то легкая пушка, не то крупнокалиберный пулемет, патрулировал в Карибском море берега Кубы и буквально охотился за нацистскими субмаринами. Конечно очень сложно предположить, что писатель мог причинить своим суденышком какой-либо вред военному судну. И германские военные моряки-подводники безусловно знали это. Но они знали и то, кому принадлежит эта “посудина” и при появлении “воинственного” писателя просто погружались в воды Атлантики. Наверняка понимал всю, как бы бесперспективность, своего предприятия и великий Хемингуэй. Однако, продолжал при этом свою, казалось бы, наивную и глупую “охоту”. Скорее всего, он считал, что выполняет свой гражданский долг, долг который должен оплатить каждый добропорядочный житель страны.

Да простит меня, уважаемый читатель за мое некорректное сравнение, которое возможно на самом деле не отягощено излишней скромностью, но в последнее время у меня складывается впечатление, что представители властей и те круги во властных структурах, которые наиболее часто подвергаются критике на страницах прессы в целом, и “Зеркало” в частности ведут себя как члены экипажа военной субмарины. Ибо они уверены в своем могуществе, всесилии, непотомляемости, потому как при той атмосфере вседозволенности, которая царит в азербайджанском обществе, есть все предпосылки для выработки именно такого поведенческого типа.

Так в чем же дело? Откуда эти предпосылки? Почему критикуемые официальные, да и не очень лица, как говорится и в ус не дуют?

Если подойти к данному вопросу с точки зрения реакции общественности, то можно, не боясь допустить ошибку, смело утверждать, что такое понятие как общественное порицание, в лучших ее проявлениях конечно, практически отсутствует. Общество либо потеряв веру добиться справедливости опустило руки предпочитая занять позу мудрого мыслителя, взирающего на все свысока, что приводит в итоге к абсолютной индифферентности и формирует вызывающую отвращение аморфную массу в состоянии тихого омута, что совершенно не радует, либо же общественность в целом, и ее отдельные представители в частности, наученные горьким опытом предпочитают прагматизм, что выражается в соглашательстве, приспособленчестве, лизоблюдстве, лести и готовности к восприятию и, что хуже, активной поддержке возвеличивания вышестоящего должностного лица, что безусловно приводит к возникновению “культа”, но в большинстве случаев, даже не личности. Посредством оного прагматизма граждане страны пытаются продвинуться вверх по служебной лестнице, в чем конечно нет ничего предосудительного. Пугает другое, а именно то, что, те из них, которым все же удается дорваться до бюджетной кормушки вскоре начинают с такой же наглой улыбкой взирать на тех, кому, на их взгляд, повезло меньше, и ждать, и что хуже требовать слепого подчинения и потакания своим нездоровым прихотям.

В обоих случаях общество лишено такого важного инструмента, являющегося наиважнейшей составляющей поступательного движения вперед, как общественное порицание. Не сталкиваясь с общественным порицанием номинальные члены общества, и в особенности чиновничество, уверовав в свою кастовость и потому безнаказанность совершенно спокойно и без зазрения совести продолжают злоупотреблять своим положением во вред все тому же обществу. В результате общество, лишившее само же себя возможности (само)порицания, теряет и элементарную, дарованную природой любому, как одноклеточному, так и социальному организму сопротивляемость. Итак, общество прекратило сопротивляться. Оно в состоянии “тихого омута”. Казалось бы, с точки зрения правящей силы, все стабильно и ничего не грозит “всеобщему благоденствию”. Однако, не следует забывать, что “в тихом омуте черти водятся”. И все в значительной степени будет зависеть кто или что станет раздражителем общественности или же если выразиться расхожей фразой времен нацистской Германии “возмутителем колодцев народного сознания”?

Вопрос пока еще не риторический. Тут очень важно не упустить точку возврата. Страна имеет все возможности для построения не просто богатого, но при этом несправедливого общества, а общества демократического и справедливого, насколько это конечно применимо к жизни в целом, и человеческим взаимоотношениям в частности. И тут необходимо заострить внимание на СМИ и их роли, и месте в обществе.

Общепринято, что СМИ это четвертая власть. И это не просто слова. Для выстраивания нормальных, здоровых взаимоотношений внутри общества и соответственно поддержании его (общества) тонуса невозможно обойтись без свободных и независимых СМИ, играющих роль своеобразных санитаров. И наиболее успешные демократии в лице ведущих западных держав умело используют эти качества СМИ в государственном управлении. А именно, СМИ являются для них альтернативным источником информации. И пусть не всегда удобным и покладистым, но как правило, не боящимся подавать информацию в ином свете, что позволяет руководителям стран в принятии порой единственно правильных решений. Вот как охарактеризовал журналистов побывавший недавно с визитом в Баку Британский министр по делам Европы Джим Мерфи:”Журналисты являются самыми энергетичными, свободными и “нелюбимыми людьми””.

Это про них и про их отношение к ним. Что же касается нас, то кроме “нелюбимых” ничего общего. И не любят практически всех азербайджанских журналистов. Если правительственные, проправительственные, правительственно-партийные нелюбимы в целом представителями, условно говоря, протестного электората, то оппозиционные, прооппозиционные и оппозиционно-партийные в основном представителями чиновничества и соответственно противной стороны. Ну а от тех редких экземпляров все еще независимой прессы похоже не в восторге никто. И довольно часто, от них требуют определиться и взять конкретно чью-то сторону, что для порядочного журналиста-профессионала неприемлемо по определению. Ибо в таком случае, он просто перестает быть таковым. Намедни, во время приема в одном из иностранных представительств один из зарубежных гостей узнав о моем роде деятельности дал очень четкое, на мой взгляд, определение взаимоотношениям пресса-общество и пресса-политика. Он сказал буквально следующее, “если у нас политиками управляют журналисты, то у вас журналистами управляют политики”. И металлические нотки в его голосе звучали мне укором…

Итак, “война” продолжается. Воюют политики и различного калибра политиканы, и посредством СМИ, превратившимися в их руках в орудие борьбы, манипулируют общественным мнением, и что еще хуже пытаются “вешать лапшу на уши” всем и вся, что в итоге приводит ко лжи и распространению дезинформации на основании которой не исключено, что строится долгосрочная стратегия управления государством. И тут роль независимых и свободных СМИ, как источников альтернативной информации переоценить сложно. Недооценка или же еще хуже полное игнорирование этой роли просто преступное “баловство”, так как в этом случае “возмутителями колодцев народного сознания” могут стать совершенно не учтенные и труднопрогнозируемые факторы. И разгорится “война” без правил и сторон, и этой “войне” не будет конца ибо как писал все тот же Хемингуэй в статье “Крылья над Африкой” напоминая своим читателям о Первой Мировой:”Долго любить войну могут только спекулянты… и проститутки”.

 

Тут можно было бы поставить и точку. Однако, хотелось бы вернуться к мысли о гражданском долге, которая была затронута в начале материала. Так вот гражданский долг каждого настоящего журналиста оставаться таковым и честно выполнять свою работу – то есть писать не в угоду политической конюнктуре. В противном случае, точка возврата будет пересечена и нам придется кусать локти, что позволили “любителям долгой войны” распоряжаться благополучием наших детей.

Источник: http://www.zerkalo.az/2013/ostrovki-svobodyi/

Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5Звёзд: 6Звёзд: 7Звёзд: 8Звёзд: 9Звёзд: 10 (2 оценок, среднее: 9,50 из 10)
Oxunma sayı: 312